Всесвятская неделя

Фонд «Измени одну жизнь» делает все для того, чтобы дети-сироты обрели семью. Кроме того, эксперты фонда помогают консультациями приемным родителям. Более подробно о фонде и его деятельности Вы узнаете, пройдя по ссылке.

Сопутствующая Троице — Духову дню, первая по Пятидесятнице неделя (седмица) именуется Всесвятской («всех святых») и в народной Руси совпадала с неумирающей памятью о стародавних игрищах-гульбищах в честь языческих Костромы и Ярилы, чествовавшимися в качестве покровителей земного плодородия-, во всех его многообразных проявлениях, начиная с растительного мира и кончая человеком. Эта неделя предшествует Петрову посту и во многих местах называлась «русалочьим заговеньем», во время нее развивали кудрявые семицкие-троицкие венки.

О гульбище-игрище «похороны Костромы» меньше всего знали костромичи-великороссы, а занесено оно в народную Русь от древнего финского племени мери, платившего дань варягам. Область поселения этого слившегося со славянами племени охватывала все среднее Поволжье, с одной стороны по соседству с кривичами и вятичами, а с другой -с мещерой, муромой и пермью. Этот вид обрядовых похорон был направлен на спасение посевов от засухи. Почти повсеместно этот обряд, не имевший твердой календарной приуроченности и исполнявшийся в промежутке от Троицы до Петрова дня, начиная с первой половины XIX века превратился в веселую игру как детей так и взрослых. Так же, как и вся троицкая обрядность, «похороны Костромы» были связаны и с проводами весны, недаром в одной из песен пелось:

Костромушку да наряжали,
Девки весну провожали.
Пройдет весна да Троица -
Все забавы скроются.

Сам обряд «похорон Костромы» проходил так. Созывались со всей деревни красны девицы, собирались в заранее облюбованном месте, шли в простых, не в праздничных, нарядах и становились в кружок на лугу. Одной из красавиц доставался жребий — изображать собою Кострому. Она становилась с потупленной, «повинной» головой, к ней подходили все другие девушки, отвешивали ей поклон за поклоном, потом клали ее на широкую дубовую доску и относили с припевами на берег реки. Здесь принимались будить притворяющуюся спящей «Кострому», поднимали ее за руки, затем начинали купаться, обливая водой друг дружку. Какая-нибудь из девушек оставалась при этом на берегу, держала в руках лубяное лукошко и била в него кулаком, как в барабан. После купания все отправлялись в прежнем порядке в деревню. Там, дома, девушки переодевались в цветные платья, праздничные наряды и выходили на улицу водить хороводы.

В некоторых местностях в обряде «похорон Костромы» наблюдались любопытные изменения. Обряжали молодую женщину или девушку, клали ее в ящик или корыто и несли с причетом и воем до леса. Корыто ставили под березу и пели: «Во поле было во поле, стояла береза…» Под березу помещали «Кострому», вероятно из-за недостатка воды в селении. Корыто с женщиной, изображавшей собой «Кострому», оставляли в лесу и уходили назад с веселыми песнями, а женщина, называемая «Кострома», уже после присоединялась к своим товаркам.

Также «Кострому» во многих местностях изображала не девушка, а кукла, обмотанная разноцветным тряпьем, а на игрище выходили не только красны девицы, но и молодые парни.

Кукла, изображавшая «Кострому», делалась из соломы, всяких растущих во ржи сорных трав («костра», «кострец», «костера») и кудельной кострики (отбросов). Отсюда, возможно, и пошло название этого игрища. Колючие и цепкие сорные травы в старину представлялись как бы подобиями молний Перуна-громовержца. Чучело «Костромы» одевали в сарафан и рубашку, голову повязывали косынкой и убирали цветами, на ноги надевали башмаки. Одевали, наряжали «Кострому» под особые, приуроченные к этому обрядовые песни:

Кострома моя, Костромушка,
Моя белая лебедушка,
У моей ли Костромы
Много золота-казны.
У костромского купца
Была дочка хороша,
То Костромушка была!
Костромушка-Кострома,
Лебедушка-лебеда!..
Костромушка расплясалась,
Костромушка разыгралась,
Вина с маком нализалась.
Вдруг Костромка повалилась:
Костромушка умерла.
Костромушка- Кострома!
К Костроме стали сходиться,
Костромушку убирать
И во гроб полагать.
Как родные-то стали тужить,
По Костромушке выплакивати:
«Была Кострома весела,
Была Кострома хороша!»
Кострома-Костромушка,
Каша белая лебедушка!..

Допев песню, брали одетую куклу «Кострому» на руки и с новыми припевами несли на реку, где участники гульбища разбивались на две стороны. Одна сторона становилась бок о бок с куклой, и все ее парни и девушки кланялись «Костроме» в пояс. В это время другие внезапно кидались на них и старались похитить куклу. Завязывалась борьба, в которой победителями являлись нападающие. Они повергали «Кострому» наземь, топтали ее ногами, срывали с нее лохмотья и под громкий смех и дикие выкрики бросали ее в воду. Побежденные должны были оплакивать отнятую у них куклу и жалобно причитать, закрывая лицо руками:

Умер, умер Кострубынька,
Умер, умер голубонька!
Утонула-померла
Кострома, Кострома…

После этого и побежденные, и победители сходились вместе и общей гурьбой шли с веселыми плясками к деревне, где до глубокой ночи плясали в честь «утопленницы-Костромы», поминая ее опять же песнями.

Обычай «похорон Костромы» со временем исчез у взрослых, которые считали его за греховную забаву и приписывали ему голод, болезни и другие народные бедствия, но сохранялся еще у детей. В «Кострому» играли девочки. Одна из играющих садилась на траву, другая ложилась к ней на колени, изображая собой «Кострому», несколько других девочек ходили вокруг и пели:

Костромушка-Кострома,
Лебедушка-лебеда,
Белая, румяная.
У Костромушки-Костромы
Блины с творогом,
Кисель с молоком,
Каша масленая,
Теща ласковая…

Когда вся песня пропоется, девочки начинали спрашивать у сидящей на земле: «Жива ль, Кострома?» Девочка отвечала: «Жива». Так расспросы продолжались до трех раз, пока не получали ответ, что «Кострома» преставилась. Потом все девочки начинали тащить «Кострому» за руки, за ноги, бросали и бежали от нее, крича: «Зеленые глаза!». «Умершая Кострома» вскакивала и ловила бегущих. Кого поймает, они уже вдвоем ловили остальных, изловят третью — втроем и так далее до последней играющей. Тем и оканчивалась игра.

На Всесвятской неделе отмечали также Ярилин праздник, переходящий в зависимости от местности со дня на день, но в большинстве случаев приурочивавшийся к ее последнему дню — заговенью на Петров пост (воскресенью). Праздник сопровождался ярмарками, торжками, кулачными боями («стенка на стенку», деревня на деревню), попойками и разгульными игрищами.

Ярило — сродни древнегреческому богу Эроту, не чужд Вакху и Аресу (а также древнегерманскому Фрейру), и все они имеют немало общего со всеславянским Перуном. Веселый, разгульный бог страсти, удали представлялся народному воображению молодым красавцем — красоты неописанной: в белой епанче сидит он посадкой молодецкой на своем белом коне, на его русые кудри возложен цветочный венок, в левой руке у него горсть ржаных колосьев, ноги у Ярилы босые. Разъезжает он по полям да нивам, рожь растить. Он — представитель силы могучей, богатырской удали, веселья молодецкого, молодой страсти. Все, что передает животворящему лету весна, воплотилось по воле народного воображения в Яриле. Взглянет Ярило на встречного — тот без вина пьян, без хмеля хмелен; встретится взглядом с деви-цей-красавицей — мигом ту в жар бросит: так бы на шею кому и кинулась… А вокруг него, по всему его пути по всей дороге Ярилиной, цветы зацветают, с каждым шагом все духовитей, все ярче и цветистей.

В это время разодетые толпы народа сходились на городскую площадь. Здесь сообща решалось, кому в этом году «ходить» (изображать) за Ярилу. Выбранного заместителя веселого бога наряжали в пестрый кафтан, обвешивали лентами и цветочными перевязями, прикрепляли к рукавам и полам кафтана колокольчики-бубенчики, голову покрывали разукрашенным бумажным колпаком с петушиными крыльями, а в руку давали деревянную колотушку — олицетворение громовой палицы. Под стук, крики и гром шествовал «Ярило» по площади, пел, приплясывал, увеселяя и без того веселую, хмельную толпу. Длился разгул до глубокой ночи, иногда переходя в разнузданное игрище, вызывая со стороны домовитых семьянинов справедливые нарекания.

В других местах существовал обычай «хоронить Ярилу». Для этого клали особую куклу, изображавшую Ярилу, в гроб-колоду и носили по улицам с причетом и завываниями. Бабы подходили к гробу и плакали в голос. Мужики поднимали куклу, трясли ее и, как будто стараясь ее разбудить, приговаривали: «Баба не брешет, она знает, что ей слаще меду!» Бабы продолжали голосить навзрыд. Наконец гроб закапывали в землю и принимались справлять по похороненному веселые, разгульные поминки, словно чтобы поскорее забыть о причиненном смертью веселого бога горе.

Стародавний обычай заставлял матерей посылать дочерей невеститься на ярилины игрища. На них допускалось свободное обращение молодежи обоего пола между собой. В начале Всесвятской недели происходило местами «смотрение невест». Для этого девушки сходились в зеленой роще и проводили весь день в играх да песнях, а парни ходили высматривали каждый пару себе по сердцу. Впрочем, все происходило вполне благопристойно.

Считалось, что на Всесвятской (Ярилиной) неделе особенную силу имели любовные заговоры. А «лихие» люди, замышлявшие злое на своего ближнего, «вынимали след» у него в эти дни, и, по преданию, это являлось особенно действенным средством. Чтобы обезопасить себя от таких чар, многие служили молебны с водосвятием и кропили святой водой в день Всесвятского заговенья все, что их окружало.

Всесвятские народные гулянья во многих местностях справлялись по кладбищенским погостам. Почти повсеместно сохранялся обычай ходить на Всесвятской неделе в гости к покойникам, на могилки. Здесь все угощались, оставляя чем угоститься и лежащим в сырой земле. Нищие собирали в эти семь дней обильную дань. Местами «угощали» не только покойников, но и домовых: уходя из дому, оставляли стол накрытым и уставленным различными кушаньями и напитками. Великое счастье ожидало, по народному поверью, того хозяина, который, вернувшись домой, находил все съеденным и выпитым.

«На Всесвятской неделе — всякий кусок свят!», «Невестится невеста, а будет ли толк — Все-Святые скажут!», «Святая неделя — красная, Всесвятская — пестрая!», «Все святые с одним богатырем — Ярилой борются, совладать не смогут!», «Ярило яровые ярит!», «На Ярилу торг, на торгу — толк. Толк-то есть, да истолкан весь!», «Ярило Купалу кличет!», «От Ярилы до Аграфены-купальницы рукой подать!», «На Ярилу пьет баба, на Купалу опохмеляется!» — говорили в народе относительно этого времени.

Отойдет Всесвятская неделя — со всеми ее приметами, поверьями и обычаями. На дворе Петровки стоят, Петров пост идет.

Аахенские чайки

Те, кто любит мастерить, у кого руки растут из нужного места, должны быть заинтересованы в приобретении хорошего верстака, который пригодится как дома, так и на производстве. Пройдите по ссылке, и найдите то, что Вам нужно.

Аахенские чайки — старая немецкая порода голубей, которая с середины XVIII в. выращивается в районе Аахена и остальных землях Рейна. Согласно Энгельманну (1973 г.), эта порода возникла в результате скрещивания одной из пород немецких цветных голубей (вероятно, щитокрылого) с английскими чайками. Работа эта велась в окрестностях Аахена. Шюттe (1971 г.) считает ее старой нижнерейнской породой, родственной староголландским чайкам. Птенцов выкармливают сами.

Имеет вид чайки и является как бы переходной породой к цветным голубям. Цветной щиток крыла должен очень блестеть. Голова по возможности круглая, широкая, с выпуклым лбом, всегда гладкая. Глаза темно-коричневые, без красного века. Линия лба без излома следует к клюву. Клюв короткий, но достаточный, чтобы кормить птенцов, телесного цвета, восковица только немного развита. Шея короткая, имеет легкую горловую складку, манишка не чрезмерно развита, голубевод не должен стремиться к ее увеличению. Грудь широкая, хорошо округленная. Спина короткая, легко спадающая к хвосту.

Крылья плотно прилегают к телу, не достигают кончика хвоста, сомкнутые, лежащие на краях хвоста. Хвост короткий и сомкнутый. Ноги короткие, неоперенные, покрыты боковыми перьями хвоста. Оперение хорошо развитое, широкие перья, от шеи до груди умеренно развитая манишка. В области паха мало развитые, нераспустившиеся перья.

Основной цвет — черный, красный и желтый. Все оперение, за исключением щитка, белое, щиток цветной. Птицы должны иметь интенсивный лаковый глянец и равномерно оформленный рисунок. При изящном лаковом глянце цветные штанишки на задней части живота не являются недостатком, но должны предпочитаться птицы целиком белые, кроме щитовидного рисунка на крыле. Желательно, чтобы от 8 до 10 маховых перьев первого порядка были белые.

Чайки

Тем, кто ищет секс игрушки в Тольятти, советуем не теряя времени просто пройти по ссылке.

Среди декоративных пород очень красивы бантастые голуби, или чайки. Раньше их называли критскими голубями. Особенность чаек хорошо ориентироваться на местности и находить cвою голубятню была использована при выведении современных почтовых голубей. Они были одними из родоначальников так называемых люттихских почтовых, которые при скрещивании в дальнейшем с антверпенскими почтарями и почтарями типа вервье и дали тип современного бельгийского почтового голубя.

Это грациозные птицы небольшой величины (масса около 200 г), с коротким плотным корпусом, удивительно коротким клювом, маленькой квадратной головой с плоским теменем, с круто поднимающимся лбом, крупными и несколько выпуклыми глазами. Особое отличие чаек — своеобразный бант, который образован на зобе и груди из растущих в разные стороны перьев. Кроме чаек, с умеренным бантом встречаются птицы с длинным вертикальным пробором. На концах его иногда имеются поперечные дополнительные банты. Встречаются чайки с оперенными ногами, а также с хохлами и без хохлов. Оперение у них имеет разнообразный цвет, но особенно красивы белые птицы. Они отличаются небольшой величиной, кокетливым видом и особой грациозностью. Курчавый бант начинается почти у подбородка и доходит до середины зобной части. Форма банта — в виде блюдечка, состоит из небольших, но очень густых, загнутых в разные стороны перьев.

Разведение чаек из-за короткого клюва затруднено. Для их успешного выращивания используют длинноклювые породы голубей — «нянь» или «кормилок», к которым в гнездо подкладывают яйца чаек.

Чайки требуют хорошего и внимательного содержания. Кормить их следует смесью, в которую входит 60% проса, 20% пшеницы, 10% мелкого гороха, 10% конопли. Чистота помещения и правильное кормление — залог успешного разведения бантастых голубей.

В Европе и США эта группа голубей называется совиными голубями, из-за сильного сходства с совами. У них такая же круглая голова, загнутый книзу клюв и большие, выпуклые глаза.

Вегетарианская диета Орниша

Дин Орниш — врач и личный диетолог семьи Билла Клинтона, бывшего президента США. Его диета, приверженцами которой является множество л.дей во всем мире, основана на отказе от жиров. Изначально эта программа питания была разработана для людей, страдающих сердечно-сосудистыми заболеваниями, в частности атеросклерозом, но затем стала популярна и среди тех, кто желает избавиться от лишнего веса.

В основе диеты Орниша лежит вегетарианство, а ее основной принцип — строгий контроль питания. Количество калорий, получаемых организмом за счет жиров, не должно превышать 10% от общей калорийности пищи. Это значит, что в сутки можно съедать не более 15-20 г жира.

Обязательным условием этой программы являются занятия фитнесом. Сочетание спорта и вегетарианского питания с пониженной жирностью в значительной степени ускоряет процесс сжигания жира, а значит, помогает избавиться от лишнего веса и защитить сосуды от образования холестериновых бляшек.
Эта диета предполагает ограничение продуктов, содержащих большое количество холестерина и насыщенных жиров, а также отказ от алкоголя и курения. Рацион в основном состоит из продуктов, в состав которых входят сложные углеводы.

Если Вы думаете, что на дне рождения уместно проводить игры и конкурсы только для дошколят и младших школьников, Вы глубоко ошибаетесь. Дети среднего и старшего возраста с удовольствием принимают участие и в играх, и в конкурсах. Главное, чтобы игры и конкурсы были интересными. Пройдите по ссылке, и выбирайте самые интересные и веселые конкурсы для детей на день рождения. При том, что конкурсы Вы найдете не только для малышей, но и для старших детей.

В идеале соотношение питательных веществ должно быть таким: 10% жиров, 20% белка и 70% углеводов. Для сравнения: рацион большинства людей, питающихся обычным образом, составляет 45% жиров, 25% белка и 30% углеводов. При этом общее количество холестерина, поступающего с пищей, достигает 500 г.

Для удобства доктор Орниш разделил все продукты на 3 типа:

• продукты, которые можно есть в любых количествах;

• продукты, употребление которых требует определенных ограничений;

• продукты, которые нужно исключить из рациона.

Без ограничений он рекомендует употреблять:

• бобовые (чечевица, горох, фасоль, соя и др.);

• зерновые (рис, овес, пшено, ячмень, просо, гречневая крупа);

• овощи (огурцы, помидоры, картофель, кабачки, капуста брокколи, сладкий перец, зелень и т. д.);

• фрукты и ягоды (персики, апельсины, яблоки, киви, дыня, арбуз, ананас, земляника, черника, малина, вишня и др.).

В умеренных количествах можно употреблять:

• обезжиренные молочные продукты;

• кукурузные хлопья без сахара;

• яйца;

• крекеры.

К числу продуктов, от которых он призывает отказаться полностью, относятся:

• все виды мяса и рыбы;

• сыр;

• сливочное и растительное масло, сало, маргарин;

• майонез;

• жирные молочные продукты;

• орехи и семена подсолнечника;

• авокадо, оливки, маслины;

• алкогольные напитки.

Не рекомендуются также сахар и продукты, содержащие его.

Данная система питания показана людям с повышенным уровнем холестерина в крови, гипертонией и избыточным весом. Доказано, что соблюдение вышеназванных принципов этой диеты помогает обратить процесс блокирования артерий и предотвратить преждевременную смерть от атеросклероза.

Дин Орниш рекомендует учитывать и цвет продуктов. По его теории, для сосудов и сердца вредно все белое (соль, сахар, мука, макароны, сало и т. д.). Такая пища быстро поднимает уровень глюкозы в крови. Чтобы его снизить, поджелудочная железа вырабатывает инсулин, а под его воздействием калории превращаются в жировые отложения. По этой причине диета Орниша показана для профилактики сахарного диабета и инсульта.

Одним из преимуществ этой системы питания является свободный режим приема пищи — человек может есть в любое удобное для него время. Главное, чтобы это были рекомендованные продукты. По мнению доктора Орниша, такой подход позволяет избежать стресса из-за чувства голода, который возникает при соблюдении большинства диет.

За счет клетчатки и сложных углеводов человек быстрее наедается, что способствует похудению. Кстати, диета Орниша — это достаточно экономная система питания, не требующая особых затрат.

Однако у этой программы питания существуют и свои недостатки:

• диета с низким содержанием жиров может привести к дефициту незаменимых жирных кислот и частичному усвоению жирорастворимых витаминов;

• при строгом соблюдении диеты организм лишается защитной силы мононасыщенных жиров, которые присутствуют в оливках и масле из них, а также в орехах и авокадо;

• диета Орниша требует тщательного планирования рациона, иначе возможно возникновение дефицита витамина В12, белка, железа и других важных для организма веществ;

• этой диеты достаточно сложно придерживаться длительное время.

Аграфена-купальница

Если кто не в курсе, камера заднего вида очень удобная вещь при парковке автомобиля, особенно в темное время суток. Купите камеру Roadline CAM-084M в интернет-магазине Аудио Питер, и Вам ее доставят бесплатно в любую точку России.

День памяти святой Агриппины (Аграфены) (6 июля (23 июня по ст. ст.) называется «купальницей», потому что приходится накануне дня Ивана Купалы (7 июля (24 июня по ст. ст.). Но некоторые обычаи и обряды, связанные с этим днем, позволяют заключить, что день святой Аграфены получил название «купальница» безотносительно к Ивану Купале. Имеет этот день и другие народные названия: Аграфена — лютые коренья, сбор лечебных трав, обетная каша, ивановские ночи и т. д.

Так, по всему Русскому Северу крестьяне заготавливали в этот день банные веники на целый год. Для этого бабы и девицы после обеда запрягали лошадь и уезжали в лес ломать молодые березовые ветки. Иногда веники делались из различных пород лиственных деревьев и растений, так что в каждый веник входило по ветке от березы, ольхи, черемухи, ивы, липы, смородины, калины, рябины и по цветку разных сортов. Это уже были обрядовые, ритуальные веники: одним из таких веников парились в этот день в бане, другими обряжали недавно отелившихся коров, третьи перебрасывали через головы или бросали на крышу бани, с целью узнать свое будущее (верили, если веник упадет вершиной к погосту, то бросавший его скоро умрет, а если не вершиной, то останется жить).

Как и на Ивана Купалу, в день Аграфены-купальницы лихие мужики и бабы в глухую полночь снимали с себя рубахи и до утренней зари рыли коренья или искали в заветных местах клады. А знахари, ложась спать, непременно читали молитвы, приуроченные к этому дню как к кануну Ивана Купалы. В иных местах на Аграфену проявлялось усиленное внимание к нищей братии, для которой посреди деревни ставились столы с постными яствами. Нищих иногда являлось сюда до трехсот человек, и все они кормились за счет деревни.

Оригинален был и такой обычай. В день Аграфены-купальницы все девушки, взрослые и подростки, расхаживали в своих лучших нарядах по домам и говорили: «Умойте». Это означало: дайте что-нибудь из девичьих украшений — серьги, ленточку, бусы и т. д.

В день святой Аграфены хозяйки готовили обетную кашу из толченого ячменя. Для этого в складчину, всей деревней, покупали ячмень, варили в общем котле, а потом этой кашей угощали нищих и странников. Помимо каши крестьянки на Аграфену варили все яйца, которые смогли только найти в доме, полагая, что после этого куры станут лучше нестись.

День Аграфены-купальницы посвящался собиранию трав, имеющих, по народной лекарской науке, целебную силу. Из собираемых в канун Ивана Купалы трав особым уважением пользовались купаленка (желтоголов) и иван-да-марья. С последним связано предание о купавшихся в дождевых потоках Перуне-громовержце и богине Заре, звучащее в купальской песне:

Иван да Марья
На горе купались;
Где Иван купался -
Берег колыхался,
Где Марья купалась -
Трава расстилалась…

Название «лютые коренья» этот день получил за то, что к этому времени вырастало много крапивы. Ее принято было класть на порог и на подоконники, чтобы в дом не проникла нечистая сила. Помимо крапивы от происков злых духов оберегали молодые деревца осины, их срубали и ставили у ворот или у входа в хлев. Вечером на Аграфену-купальницу крестьяне разводили костры, в которых жгли крапиву и шиповник, чтобы обезопасить себя от бед и несчастий. (Шиповник, как и любое другое колючее растение, считался на Руси прекрасным оберегом и символизировал здоровье, изобилие и удачу.)

Духов день

Чем отличается спецодежда для руководящего состава от спецодежды для рядовых работников и сотрудников Вы можете узнать пройдя по ссылке. Здесь же Вы можете узнать стоимость такой одежды, а так же приобрести ее.

Днем Святого Духа, или Духовым днем, именовался в народе следующий за праздником Троицы-Пятидесятницы понедельник. «До Свята Духа не снимай кожуха!» — так говорит народная пословица. Действительно, местами выдавались такие непогожие весны, что только к этому времени и переставало знобить мужика холодом. Особенно близко относится эта пословица к Русскому Северу, где зима еще долго давала о себе знать, несмотря на теплые ласки Лады-весны. Только после этого праздника и можно позабыть о морозах-утренниках вплоть до самой осени — на всем неоглядном просторе земли Русской. «С Духова дня не с одного неба, а даже из-под земли тепло идет!», «Не верь теплу до Духова дня!», «Придет Духов день — будет на дворе, как на печке!», «И сиверок (северо-восточный ветер) холоден до Духова дня!», «Зябка девица-рассада, а и та просит у Бога холодку после Духова дня!», «Свят-Дух весь белый свет согреет!», «Доживи до Троицы-Духова дня, а тепло будет!» — так приговаривал дождавшийся лета православный честной народ, во многих местностях с этого праздника, по старинному обычаю, начинавший выбираться на летний ночлег из душной избы в более прохладные сени.

Троица — повсеместный праздник цветов и березок. На Духов день последние оставались красоваться как возле хат, так и в хатах. Цветы же, вместе с травой устилавшие церковный пол во время троицкого богослужения, подбирались, приносились домой и тщательно сберегались под божницей. Опытные хозяева советовали кормить ими — вперемешку с другим кормом — больную домашнюю скотину, в особенности коров. Принесенные от духовской обедни цветы сушили и толкли в ступе, полученный порошок бережно хранили на случай болезни кого-нибудь в семье. Верили, что достаточно было вовремя окурить больного благовонным дымом этого порошка из «священного цвета», чтобы недуг быстро улетучился и больной пошел на поправку. Этим же дымом знающие «всякое слово и всякое зелье» люди брались изгонять бесов из одержимых ими (порченых, кликуш).

В народе с давних пор ходило сказание о том, что Духова дня как огня страшится бродящая по земле нечисть. По старинному преданию, в этот праздник во время церковной службы сходит с неба священный огонь, испепеляющий всех злых духов, попадающихся ему.

В старину на Духов день устраивались по селам и даже городам особые, приуроченные к этому празднику, игрища. Для сбора участников игрища накануне вечером заранее избранной «большухой» рассылались девчата-послы по всем красным девицам, звали их с матерями и всеми родственниками собраться после обеда в Духов день в заранее определенном месте близ села. В назначенный час сходились званые гости, становились в круг и запевали положенные во время этого игрища песни. Кроме большухи выбирались всеми две девушки, которых обступали хороводом. Они стояли посередине, по окончании одной игры отдавали всем поклоны и снова становились в круг, а на их место выбирались две другие. Очередь при выборе соблюдалась по старшинству лет: младшая пара не должна была выбираться раньше старшей. Песни «игрались» до вечера. Перед возвращением скота с пастбища все расходились по дворам, чтобы ночью снова сойтись на том же месте для новых хороводов, игр и песен, продолжавшихся до полуночи. Все эти песни звучали как отголоски свадебных песен. Вот одна из них, которую можно было услышать во многих уголках деревенской Руси:
Уж ты, улица, улица,
Уж ты, улица широкая!
Трава-мурава шелковая!
Изукрашена улица
Все гудками, все скрипицами,
Молодцами да молодицами,
Душами красными девицами.
Невелика птичка-пташечка
Сине море перелетывала,
Садилась птичка-пташечка
Среди моря на камушек.
Слышит, слышит птичка-пташечка:
Поет, пляшет красна девушка,
Идучи она за младого замуж:
«Уж ты, млад муж, взвеселитель мой,
Взвеселил мою головушку,
Всю девичью красоту!»

Конец песни иногда менялся и пелся так:

Слышит, слышит птичка-пташечка:
Плачет, плачет красна девица,
Идучи она за старого замуж:
«Ах ты, стар муж, погубитель мой!
Погубил мою головушку,
Всю девичью красоту!»

Во многих селах и деревнях сохранялось старинное предание о том, что перед восходом солнца на Духов день мать сыра земля открывает все свои тайны. Это помнили кладоискатели и — как в иных местах в ночь на Ивана Купалу (с 6 на 7 июля (с 23 на 24 июня по ст. ст.) — ходили «слушать клады», помолясь перед тем Святому Духу, припадая ухом к земле. И открывались им «все несказанные недра земные и подземные», но только в том случае, если кладоискатель вел праведную жизнь. С первыми лучами солнца умолкала мать сыра земля, могущая сразу и навсегда обогатить человека.

Духов день начинал собой на земле Русской Всесвятскую неделю, отмеченную в народной памяти своеобразными обрядами, обычаями, связанными с празднеством в честь древнего языческого бога Ярилы.

Олены-Ленничи

Все большую популярность приобретает займ денег под залог автомобиля, так называемый автозайм Ярославль в этой системе займов представлен компанией «Альтернативные займы», которые предлагают быстрый и выгодный автозайм в Ярославле без риска и проблем.

День святых равноапостольных царя Константина (337) и матери его Елены (327), празднуемый 3 июня (21 мая по ст. ст.), на языке народа носил несколько странное название -Олены-Ленничи. Но название это имеет самое простое объяснение: с этого дня крестьяне обыкновенно начинали сеять лен и созвучие слова «лен» с именем Олена (Елена) и дало повод к появлению особого названия Олены-Ленничи. День святых Константина и Елены назывался также овсяником, так как с этого дня начинали сеять овес. В ходу были и другие названия этого праздника: Олена — длинные льны, Олена-льняница, Олена — ранние росы, Олена — поздние овсы, Елена-льносейка, Елена — ранние льны, Еленины косы и т. д.

Из числа народных обычаев, приуроченных к этому дню, наиболее представляют интерес особые приемы, которыми обставлялся посев льна. Для того чтобы лен уродился хорошо, бабы клали в мешок с семенами печеные яйца, а мужик, который должен был сеять лен, должен был подбрасывать эти яйца как можно выше, потому что чем выше будут подброшены яйца, тем выше вырастет лен. Еще интереснее обычай, при помощи которого бабы «обманывали» лен. Для этого при посеве льна женщина раздевалась донага, из расчета, что лен, глядя на ее наготу, сжалится над ней и подумает: «Это баба бедная — у нее даже рубашки на теле нет, надо будет пожалеть ее и получше уродиться». При этом не отдавали себе отчета, кого, собственно, они хотели разжалобить: лен или святую Елену, в день которой этот злак сеяли. Впрочем, можно предположить, что имелся в виду именно лен, который в данном случае как бы олицетворялся.

Перед посевом льна крестьянские девушки исполняли обрядовую пляску, вытянув над головой руки с зажатыми в них семенами льна. Считалось, что после этого лен уродится густым и высоким.

Троица — зеленые Святки

Иногда жизненная ситуация складывается так, что просто необходимо, чтобы кто то выслушал, помог советом, или просто поговорил, сторонним взглядом оценил ситуацию. И не всегда родной или близкий человек может понять или помочь. Вот тут то на помощь придет частный психолог Москва богата такими специалистами, но мы советуем выбрать специалиста высокого класса и к тому же просто хорошего человека. А это в наше время многое значит. Пройдите по ссылке и убедитесь в этом сами.

Троицын день с незапамятных времен является одним из любимейших праздников русского народа. С ним связано много народных обычаев и обрядов, справляемых помимо церковного торжества. В стародавнюю пору, когда еще свежа была на Руси память языческого прошлого, с Троицкой, или «семиковой», «семицкой», неделей было связано столько самобытных проявлений народного суеверия, как ни с одним другим праздником, за исключением Святок. Эта неделя, посвященная богине весны, победившей демонов зимы, издавна чествовалась шумными общенародными игрищами. Конец мая-начало июня, на которые приходится Троицын день, особенно подходили к чествованию весеннего возрождения земли, покрывавшейся к этому времени наиболее пышной растительностью, еще не успевшей утратить своей обаятельной свежести. Языческий месяцеслов наших отдаленных предков, совпавший в этом случае с христианскими праздниками, дал повод к объединению их с собою. Мало-помалу древнее почитание богини весны, светлокудрой Лады, было забыто, а сопровождавшие его обычаи слились с новыми обрядами, создав вокруг первого летнего праздника необычайно яркую обстановку.

«Семицкая» («семиковая») — седьмая после Пасхи — неделя, заканчивающаяся Троицыным днем, носила название «зеленых Святок». В народной Руси именовалась она также «русальной», «зеленой», «задушными поминками», «разгарой» — каждое из названий находит свое объяснение в пережитках русского язычества. «Честная Масленица в гости Семик звала, честь ей за то и хвала!» — говорит народная прибаутка. Семик — это, собственно, четверг (четверток) на последней неделе перед Пятидесятницей; на седьмой неделе после Пасхи. В этот четверг, посвященный древним язычеством верховному богу Перуну, совершались главные приготовления к празднованию Троицына дня. С ним связано столько своеобразных обычаев, что даже старинная народная песня величает его такими словами:

Как у нас в году три праздника:
Первый праздничек — Семик честной…

Семик «честной» — тоже весенний праздник и притом самый веселый и коренной, соблюдаемый с древних времен доисторической старины. С широкой Масленицей у Семика большое сходство и сродство, разница тут только в том, что один праздник приспособлен к концу зимы, а другой — к концу весны, и оба — в честь красного солнышка.

Семик — преимущественно девичий праздник. Повсюду к этому дню шла в деревнях девичья складчина: собирались яйца, пеклись лепешки и пироги, закупались всяческие лакомства. Девушки целыми деревнями отправлялись в рощу, на берег речки — завивать березки, «играть песни» и пировать. Основное ядро Семикового праздника и его отличительная особенность — завиванье венков. Крестьянские девушки с первых летних дней начинали плести (завивать) венки, которые были не просто украшением, а выступали в качестве оберегов от нечистой силы и злых людей. Завивали венки на себя, на родителей, на жениха или просто на знакомых, оставляя их до Троицына дня, когда ходили «ломать венки», то есть, погадав на них, бросать в воду. На березки вешались венки, по которым девушки загадывали о своей судьбе, бросая их на воду, в пруд или реку, в самый Троицын день. Потонул венок — в этот год замуж не выйти, а, пожалуй, даже и умереть можно, но очень хорошо считалось, если венок всплывет, да еще и против течения.

Вслед за пирушкой девушки начинали водить хороводы. В ближней роще выбирали кудрявую березу, срубали самую густую ветку, украшали ее лентами, втыкали в землю и, ухватившись за руки, сплетались хороводом и пели песни.

Березонька кудрявая,
Кудрявая, моложавая.
Под тобою, березонька,
Всё не мак цветет,
Под тобою, березонька,
Не огонь горит;
Не мак цветет,
Не огонь горит -
Красные девушки
В хороводе стоят,
Про тебя, березонька,
Всё песни поют.

Семицкие хороводы сопровождались особыми обрядами, посвященными «березе-березоньке», которой воздавались особые почести — вероятно, как живому олицетворению древней богини весны. Наряжали березу в ленты, пестрые лоскутки, носовые платочки, приносили на семицкие пирушки куклу из соломы, разукрашенную березовыми ветками. Повсюду на Руси церкви и дома украшались к Троице ветками березок — как в деревнях, так и в городах. Существовало гадание с разукрашенной березкой и яичницей на урожай ржи. (Березку ставили среди озимого поля, а яичницу ели не иначе, как бросая через голову ее часть и целые яйца в рожь, чтобы «она, кормилица, лучше уродилась». Затем по ржаной полосе катались, переваливались с боку на бок, чтобы не болела во время жатвы спина и не «расхваталась» (от схватки пучков ржи на серп) рука, перевязанная для устранения возможной беды на это время в запястье ниткой.) Хороводы девичьи прекращались с Троицы до Успения.

Существовало поверье, что славянские нимфы и наяды -русалки, живущие в омутах рек, выходят в Троицкую неделю, то есть в лучшую часть года, когда все цветет, из воды. Накануне Троицына дня убегают они в поля, странствуют по берегам своих рек в близлежащих лесах и рощах, приютом себе избирая ветвистые старые деревья, преимущественно дубы, качаются на ветвях и заводят свои ночные игры. Русалки, по народному представлению, это тоскующие души младенцев, родившихся мертвыми или умерших некрещеными. Они начиная с зеленых Святок до Петрова дня живут в лесах, смехом и ауканьем зазывая к себе путников, которых защекочивают до смерти. На «зеленой», «русальной» неделе никто не купается — из опасения попасть к ним в руки, а Семик называют еще «великим днем русалок». С русальным праздником у Семика такое близкое родство, что по основным приметам их отделить очень трудно. В этот день взрослые девушки плели венки и бросали их в лесу русалкам, чтобы они добыли им суженых после чего тотчас убегали. По их мнению, в этих венках русалки рыскали во ржи.

Предохранительным средством от русалочьих чар считалась полынь и трава «заря». Существовал обычай «русалочьих проводов», или «русалочьих похорон», когда речных чаровниц изгоняли целой деревней, парни и девушки. Обряд этот также совершался обыкновенно по окончании весны, через неделю после Троицы, и связывался с прощанием с веселой весною.

Троицын день можно с полным основанием назвать «зелеными Святками». К празднику заготавливали молодую зелень: ветки березы, считавшейся деревом, оберегающим от зла; клена, в которого превращались проклятые люди, и дуба — могучего дерева, символизирующего мужское начало, силу и крепость; ветки рябины, почитавшейся на Руси прекрасным оберегом, и орешника, связывавшегося с загробным миром. В день празднества прихожане в церквях выстаивали обедни с букетами луговых цветов или ветками деревьев, как улицы, так и дома украшались березками, травы и ветки привязывали к рогам коров, разбрасывали в огородах. Считалось, что в развешенной в доме зелени прячутся души умерших родственников, спускавшихся на землю в праздник Троицы. По окончании празднества (через неделю после Троицы) зелень сжигали, бросали в овраги или сплавляли по реке. Полевые цветы, побывавшие в церкви, засушивали и хранили за иконами для разных надобностей: клали их под свежее сено и в житницу, чтобы не водились мыши, в норы на грядках от землероек и на чердак от пожара. Деревья свозили на деревенские улицы целыми возами и украшали не только двери домов, но и оконные косяки, а в особенности церковь, пол которой усыпали свежей травой: ее всякий при выходе с обедни старался захватить из-под ног, чтобы примешать к сену, вскипятить с водой и пить как целебную. Из листьев деревьев, стоявших в церкви, вили венки и клали их в горшки при рассаживании капусты. Во многих селах обметали могилы пучками цветов, принесенных из церкви от троицкой обедни. Это называлось «глаза у родителей прочищать».

В среде молодежи существовал старинный обычай, приноровленный именно к Троицыному дню (точно так же, как к Масленице), назывался он «трясти порох» и состоял в следующем. Во время гулянья, на лугу, среди хороводов и игр в «горелки», кто-нибудь из мужчин хватал картуз с молодожена, тряс им над головой и кричал во все горло, на все поле: «Порох на губе, жена мужа не любит». На этот крик молодуха выделялась из толпы (в том и была задача, чтобы сделать это по возможности быстрее), становилась перед мужем, кланялась ему в пояс, снимала тот картуз, который успевали положить ему на голову в момент ее появления, брала мужа за уши и трижды целовала и снова кланялась ему и на все четыре стороны. При ее уходе, а иногда и при ее появлении, происходила вслух оценка ее качеств и звучали разные площадные шуточки, особенно над теми молодыми женами, кто в девушках имел грешки. Женщины обыкновенно стеснялись этого обычая, говорили: «Когда трясут порох, лучше бы сквозь землю провалиться».

Ео многих местностях на Руси в этот праздник происходили смотрины невест. Девушки собирались на лугу и, сойдясь в круг, медленно двигались с песнями. Вокруг стояли женихи и высматривали себе невест. Существовал также обычай «крещения кукушек», состоявший в том, что на семицкое гулянье в роще избранные гуляющими «кум» и «кума» надевали крест на пойманную заранее кукушку или на траву, носящую ее имя (кукушкины слезки, кукушечий перелет и др.), клали их на разостланный платок, садились около него и целовались под приуроченную к этому семицкую песню:

Кумушка, голубушка,
Серая кукушечка!
Давай с тобой, девица,
Давай покумимся!
Ты мне кумушка,
Я тебе голубушка!
Кумушка, голубушка,
Горюшко размыкаем!
Будешь мне помощница,
Рукам моим пособница!

Покумившиеся таким образом считались кумами на всю жизнь.

|